о проекте | реклама на сайте

разместить рекламу


RSS Владимирский Электронный Дайджест
RSS Владимирский Электронный Дайджест

Глава владимирской Росгвардии Алфия Мокшина заявила о «порочности методов и способов работы» силовиков

07.08.2020 08:45 Рубрика: Общество


Обвиняемая в мошенничестве и получении взяток начальник управления Росгвардии по Владимирской области Алфия Мокшина отказалась от дачи показаний в рамках судебного следствия. Зебра ТВ публикует расшифровку ее выступления

Начальник управления Росгвардии по Владимирской области Алфия Мокшина отказалась от дачи показаний во время судебного следствия по ее уголовному делу. Мокшиной инкриминируют мошенничество, получение взяток и приготовление к получению взяток, но она категорически отвергает все предъявленные обвинения.

В среду, 5 августа, глава регионального силового ведомства выступила в суде с заявлением, что ее дело «шито белыми нитками», а работа следователей и оперативных сотрудников «порочна с юридической точки зрения». Зебра ТВ приводит выступлении Алфии Мокшиной целиком — с небольшими пояснениями от редакции.

***

Уважаемый суд, уважаемые участники процесса!

В начале судебного процесса, почти год назад, я выразила свое несогласие с предъявленным мне обвинением, сказав о политизированности моего уголовного дела, а также о том, что обвинение основано лишь на непоследовательных, противоречивых показаниях лиц, у каждого из которых был мотив для моего оговора, а также сфабрикованных материалах оперативно-розыскной деятельности.

Мною подготовлены показания, которые достаточно полно описывают реальные фактические отношения, имевшие место в действительности, и раскрывают причины и мотивы возникновения настоящего уголовного дела. Кроме того, в подготовленном мною выступлении показаны порочные с юридической точки зрения методы и способы работы оперативных сотрудников и следователя, которые, не гнушаясь ничем, не побоюсь этого слова — шили белыми нитками материалы своей оперативно-розыскной деятельности и само уголовное дело.

Взять хотя бы примеры с подброшенной — в юридическом смысле, — в момент моего нахождения в СИЗО, красной дамской сумкой (считается, что одну из взяток замначальника владимирской Росгвардии Алексей Прямов передал, воспользовавшись этой сумкой — ред.). Другой пример: уже после завершения расследования, на сопроводительном письме о передаче результатов оперативной деятельности следователю (имеется в виду письмо главы регионального управления ФСБ Евгения Столбина руководителю управления СКР по Владимирской области Александру Еланцеву — ред.), неизвестно откуда появляется печать, на которой указаны несуществующие номера входящих документов.

Трудно не обратить внимание и на факт подготовленного заранее протокола, так называемого отыскания и изъятия денежных купюр, которые, в свою очередь, неизвестно каким образом оказались в сейфе бухгалтерии лечебного заведения города Коломны (речь идет о деньгах, полученных в качестве взятки, которыми Алфия Мокшина, по версии следствия, оплатила услуги частной клиники. Адвокаты обратили внимание, что их изъяли через пять дней с момента оплаты, и вся сумма наличными — 100 тысяч рублей — все это время пролежала в сейфе — ред.). Об этом стало известно благодаря объяснениям понятых, подробно описавших обстоятельства этого процессуального действия. Осталась за кадром информация и о том, чья рука заботливо подготовила необходимые к изъятию денежные купюры и положила их в сейф.

Евгений Груздев и Александр Аверин

Следствие скромно замолчало данные факты, как, впрочем, и многие другие факты, которые не вписываются в канву обвинения.

Любопытным является и то, что я, будучи в разработке оперативных сотрудников и, якобы, при неоднократном получении мною наличных от Прямова, по странному стечению обстоятельств не была задержана с поличным. Они милостиво неоднократно предоставляли мне «возможность» избавиться от этих денег.

Не меньшее удивление должны вызывать и иные процессуальные «ляпы», нестыковки, противоречия, подтасовки, а также искусственно созданные оперативными сотрудниками и следователем доказательства обвинения.

Все эти многочисленные — назовем корректно — «нюансы» настоящего уголовного дела были тщательно изучены моим защитником на стадии предварительного следствия и защитниками в судебном процессе.

Наше желание провести в суде исследование всей совокупности имеющихся по делу доказательств с учетом уголовно-процессуальных требований по признакам относимости, допустимости и достоверности, а также, помочь суду в установлении истины, подтверждено собранными по нашей инициативе дополнительными доказательствами, в том числе исследованием специалистов АНО «Судебный эксперт», являющейся независимой ведущей экспертной организацией России, с многолетней практикой проведения, как судебных экспертиз, так и внесудебных исследований.

Кроме того, наше желание подтверждено заявленными в суде ходатайствами, однако позиция защиты оказалась гласом вопиющего в пустыне. Из более чем тридцати ходатайств, в том числе о вызове понятых-очевидцев, так называемого, обнаружения и изъятия денежных средств в городе Коломне (о вызове понятых в качестве свидетелей защита просила у суда во время предыдущего дня заседания 31 июля. Судья Юрий Евтухов ходатайство адвокатов отклонил — ред.), практически все были судом попросту отклонены.

Юрий Евтухов

Теперь о моём отношении к обвинению.

Меня обвиняют в получении взяток от моих подчиненных. Заявляю на четком русском юридическом языке: взяток я не брала.

Меня обвиняют в мошенничестве в отношении [начальника управления вневедомственной охраны (УВО) по Владимирской области Александра] Севостьянова и [начальника финансово-экономического отдела регионального УВО Ольги] Равковской. Давайте просто включим здравый смысл и элементарную логику: как меня можно обвинять в мошенничестве в отношении Севостьянова, если сама Равковская в суде во всеуслышание заявила, что якобы я ей категорически сказала о том, что денег от Севостьянова не возьму, а сама она заявляла, согласно проведенным ОРМ, что никто никому ничего не давал.

Александр Севостьянов, фото из архива Зебра ТВ

В чем же заключается обман, как утверждает обвинение? В том, что я обещала не взыскивать деньги за вещевку (вещевое имущество сотрудников регионального управления Росгвардииред.)? Так я и не принимала решения о взыскании денег за излишне выплаченную компенсацию и, по факту, взыскания денег не случилось.

В том, что я обещала Равковской и Севостьянову, что не буду их наказывать по итогам проверки, но наказала каждого строгим выговором, а документы на назначение Севостьянова на должность начальника УВО отозвала из Москвы спустя неделю после описанных Равковской событий (Александр Севостьянов возглавил региональное УВО в сентябре 2018 года, когда Алфию Мокшину уже отстранили от занимаемой должностиред.)? Так я такого обещания не давала, то есть не обманывала их. Да это мне и не вменяется обвинением.

На чем основано обвинение меня в мошенничестве? Если посмотреть на доказательства непредвзято, то лишь на показаниях Равковской. Но, во-первых, Равковская лично заинтересована в таких показаниях, иначе может сама нести уголовную ответственность за мошенничество в отношении Севостьянова (согласно показаниям потерпевших, Алфия Мокшина требовала деньги с Александра Севостьянова не напрямую, а через Ольгу Равковскуюред.), а, во-вторых, Равковская, во время дачи свидетельских показаний, неоднократно была уличена защитой в обмане во время судебного процесса, на что защита обращала внимание суда (вероятно, имеются в виду банкомат, в котором Равковская снимала наличные для передачи взятки Мокшиной, а также то, что показания потерпевшей сильно отличаются от показаний водителя начальника владимирской Росгвардииред.).

Ольга Равковская

А чего стоят показания на судебном заседании [бывшего замначальника управления Росгвардии по Владимирской области, майора полиции Алексея] Прямова? При даче показаний на судебном процессе Прямов утверждает факты, которые прямо противоречат видеозаписи, которую он сам и производил: в одном случае он утверждает, что передал мне лично в руки красную сумку, а на видео видно, что он ко мне даже на приблизился. В другом случае, он утверждает, что укладывал деньги в мою черную сумку, в то время как судя по записи отсутствует факт передачи мне сумки и факт помещения купюр именно в мою сумку.

Вместе с этим, в целях правильной оценки судом произошедших событий апреля-мая 2018 года, часть из которых запечатлена на аудио и видеозаписях, которые ранее обозревались в суде, не могу не сказать следующее:

Все разговоры, имевшие место с Прямовым, Кашутиным, Сильчихиным, Просыпаловым (трое последних — начальники районный подразделений регионального УВО, которые через Алексея Прямова передавали взятки Алфии Мокшиной— ред.), Равковской, Севостьяновым, [замначальника владимирской Росгвардии, полковником полиции Андреем] Бодягиным касались сугубо служебных вопросов, связанных с недостатками, выявленных ревизионной комиссией нарушений; способами устранения недостатков; размерами необходимых для внесения денежных средств, в соответствии с объёмами установленных недостач по конкретным подразделениям.

Основная задача, поставленная округом передо мной, как руководителем территориального подразделения Росгвардии во Владимирской области, была организация устранения выявленных комиссией нарушений в рамках проверки ещё до её завершения (по версии следствия, все инкриминируемые ей преступления Алфия Мокшина совершила в апреле-мае 2018 года, когда во владимирском подразделении Росгвардии проходила проверка финансово-хозяйственной деятельности ред.).

Поскольку большинство аудио и видео записей не содержит начала и конца разговора, судить объективно об истинном их содержании человеку, который не присутствовал при диалогах и не слышал их полностью невозможно.

Что касается Коломны (в этом городе находилась частная клиника, где Алфия Мокшина якобы расплачивалась деньгами, полученными от подчиненных в качестве взяток ред.), то проведенное оперативное мероприятие по изъятию заранее заготовленных и аккуратно уложенных в сейфе необходимых для обвинения денежных купюр, возможно, представляет собой проявление «высшего мастерства» оперативной работы, но с точки зрения минимального представления о правах любого человека на безопасность от произвола силовых структур, является ничем иным, как проявлением низкопробной фабрикации доказательств по уголовному делу, а не признаком «профессиональной удачи», якобы позволившей обнаружить необходимые купюры в фирме с миллионным суточным оборотом денежных средств, да при этом спустя только 5 дней с момента произведенной оплаты.

Интересен тот факт, что деньги, изъятые в Коломне 15 мая 2018 года, описаны в протоколе изъятия в той же последовательности, как и были выданы месяц назад оперативником регионального управления ФСБ Прямову.

Но все эти размышления имеют значение лишь тогда, когда есть желание смотреть на фактические события не через прицел прокрустова ложа обвинения, а свободно, открыто и непредвзято, не изменяя и не отбрасывая, и не уничтожая все, что не вписывается в канву обвинения.

Мне показалось, с учетом ранее сказанного, что такого подхода к анализу и оценке доказательств пока недостаточно, что и явилось причиной принятия мною решения отказаться от дачи показаний в настоящем процессе. Судебное заседание от 31 июля 2020 года лишний раз убедило меня в правильности моих оценок.

Кроме этого желаю сказать следующее.

Я, полковник полиции, Мокшина Алфия Рашитовна, в начале судебного процесса говорила о том, что надеюсь на справедливое правосудие, одними из главных принципов которого являются законность, равноправие сторон и установление истины на основе всестороннего исследования доказательств, обеспеченных нормами процессуального законодательства.

Однако, защитники достаточно грамотно и полно раскрыли мне глаза на показатели «результативности» качества предварительного следствия, которые «бьют» все мыслимые и немыслимые мировые рекорды, ведь наличие вынесенных по стране на их основе оправдательных приговоров даже меньше величины статистической погрешности и составляет почти 100 %.

В этой связи, Ваша честь, говорю вполне искренне, и это крик моей души: я давно уже покаялась в своих грехах и каюсь до сих пор. Богу дано знать всю правду о жизни человека. А когда такие как свириденковы, ивановы (имеются в виду бывший оперативный сотрудник регионального управления ФСБ Евгений Свириденков и следователь по особо важным делам управления СКР по Владимирской области Сергей Иванов. Свириденков с помощью Алексея Прямова собирал доказательства преступлений Мокшиной, а Иванов расследовал ее уголовное дело ред.) ради галочек в статистической отчетности и для получения преференций по службе сознательно готовы извращать и искажать реальные события, выступили режиссерами, сценаристами и постановщиками спектакля под названием «Уголовное дело», забывается одно и самое важное — судьба человека, а ведь для меня и моей семьи — это борьба за жизнь.


Источник публикации: зебра-тв: жизнь



www.vladimironline.ru




только в разделе Общество

Последние новости

Все новости